Политика Ирана в Африке, как ожидается, будет тяготеть к усилиям по продвижению ислама, поиску путей борьбы с влиянием США и поиску новых путей для торговли. Африканские страны должны действовать в своих интересах, чтобы извлечь выгоду из любого роста отношений с Ираном.
Michael Asiedu, 21 февраля 2022 года
В августе 2021 года новоизбранный президент Ирана аятолла д-р Сейед Эбрахим Раиси во время своего визита в Гвинею-Бисау заявил, что «Тегеран будет стремиться к всестороннему развитию отношений с африканскими странами». Он также раскритиковал западные державы за то, что они «в основном стремятся эксплуатировать ресурсы африканского континента, при этом мало что добавляя в плане развития континента».
Он отметил, что Исламская Республика Иран будет «настоящим партнером и будет проводить политику взаимных интересов с Африкой». Это заявление президента Раиси стало четким свидетельством возобновления интереса Исламской Республики к Африке. Предыдущая и нынешняя политика Ирана в Африке тяготеет к усилиям по продвижению шиитской идеологии, поиску путей борьбы с США и новых коммерческих возможностей.
При изучении того, как африканские страны могут извлечь выгоду из любого расширения отношений с Ираном, важно иметь представление об истории Ирана в Африке. Отношения Ирана с Африкой начались в конце 1970-х годов, когда он присоединился к Движению неприсоединения (ДН) и попытался представить себя в качестве защитника угнетенных, которые в то время боролись против западного империализма. Несмотря на это относительно раннее участие, ирано-африканские отношения были в лучшем случае нейтральными, с минимальным влиянием на Африку. Этого следовало ожидать, так как Африка не была главной задачей внешней политики Ирана.
Например, по словам Алекса Ватанки, старшего научного сотрудника и директора иранской программы Института Ближнего Востока в Вашингтоне, основными рынками сбыта Ирана были Европа и Китай. Таким образом, политика и деятельность, ориентированные на Африку, являются периферийными и в лучшем случае частью более крупной схемы, призванной продемонстрировать США, что Иран все еще может работать перед лицом разрушительных санкций. Введение санкций США в 1984 году стало началом коммерческого уклона Ирана в сторону Африки в поисках новых вариантов торговли для смягчения некоторых последствий жестких санкций. Это побудило тогдашнего президента Ирана Акбара Хашеми Рафсанджани посетить Сенегал в 1991 году в попытке установить как дипломатические, так и торговые связи. В 1995 и 2005 годах США снова ввели новые санкции, что побудило тогдашнего президента Мохаммада Хатами отправиться в 1998 году в Южную Африку, чтобы изучить возможности для развития торговли — страну, с которой Иран сегодня имеет значительные связи.
Хотя визиты иранских лидеров были редкими и не принесли необходимых коммерческих результатов, торговля Ирана с Африкой достигла своего максимума в 2017-18 годах и составила около 1,2 млрд долларов США, по словам Масуда Камали Ардкани, бывшего генерального директора Офиса арабских и африканских стран Организации содействия торговле Ирана (TPO). В 2018-2019 годах этот показатель достиг отметки около 600 млн долларов США, что побудило нынешнего директора иранского офиса TPO по арабским и африканским странам Фарзада Пильтана заявить, что Иран будет стремиться к более активному подходу к торговле с Африкой.
Заметны и другие формы поддержки через помощь в развитии. Например, во время президентства Махмуда Ахмадинежада (2005-2013) Иран оказал бюджетную поддержку Гане, подписав Меморандум о взаимопонимании (МОВ) о предоставлении 1,5 млн долларов США на поддержку инфраструктуры здравоохранения страны. Иран также использовал Иранское общество Красного Полумесяца в качестве проводника помощи в целях развития. В 2017 году тогдашний министр иностранных дел Мохаммад Джавад Зариф отпраздновал открытие больницы в Уганде, частично финансируемой Ираном.
По словам доктора Банафшеха Кейнуша, редактора книги «Межрегиональная динамика Ирана на Ближнем Востоке», еще одна основная причина, по которой Африка имеет ключевое значение для Ирана, — это стремление Ирана экспортировать свой бренд ислама. Именно здесь Иран сталкивается со своей основной конкуренцией в плане религиозного сектантства и способности продвигать свою шиитскую версию ислама — исторически он испытывает трудности из-за преобладания суннитской и суфийской форм ислама среди африканских мусульман.
Дипломатические отношения Ирана в Африке также сталкиваются с трудностями, поскольку он противостоит Саудовской Аравии, которая занимает критическую позицию в отношении шиитского Ирана. Марокко и Египет также критически относятся к религиозному прозелитизму Ирана. Фактически, Марокко дважды разрывало дипломатические отношения с Ираном: В 2009 году из-за религиозных махинаций Ирана и снова в 2018 году из-за предполагаемого политического участия Ирана с Фронтом Полисарио в Западной Сахаре. Сенегал также разорвал дипломатические отношения с Ираном после конфискации партии оружия в Лагосе в 2010 году, восстановив дипломатические связи только в 2013 году. Джибути, Сомали и Судан также разорвали дипломатические отношения с Ираном в 2016 году в знак солидарности с Саудовской Аравией после казни шиитского священнослужителя шейха Нимра Бакира аль-Нимра.
Дипломатическая борьба Ирана на континенте отражает столкновение между двумя основными религиозными сектами ислама, таким образом, конкуренция между суннитской Саудовской Аравией и шиитским Ираном переносится на африканский континент. Однако повторное введение санкций США тогдашним президентом Дональдом Трампом в 2018 году — вот что можно назвать ключевой причиной, по которой Иран стремится возобновить свое взаимодействие с африканскими странами.
Однако Ирану придется конкурировать с державами, уже глубоко вовлеченными в дела Африки, такими как Китай, Россия и особенно Саудовская Аравия, если он хочет расширить свои отношения с Африкой. С другой стороны, африканские страны должны стремиться к переговорам и соглашениям с Ираном как с равными партнерами и в своих интересах. Только в этом случае любое расширение отношений между африканскими странами и Ираном может быть взаимовыгодным.
