Тарифы Трампа используются как инструмент для решения проблем, выходящих далеко за рамки международной торговли. В этом смысле политика Трампа является не столько протекционистской, сколько «проактивной».
Сэнди Чоу
29 сентября 2025
English version | Chinese version | French version | Spanish version
Долгожданная ставка таможенных пошлин, введенная США на экспорт из ЕС, недавно была объявлена и составляла 30% от всех импортируемых в США товаров из ЕС. После дальнейших встреч между США и ЕС ставка была снижена до 15%. Эта ставка выше, чем для Великобритании, но значительно ниже, чем для Китая, который рассматривается как конкурент, но также и важный торговый партнер как для США, так и для ЕС. ЕС давно готовился к такому развитию событий, по многим направлениям своей политики. В полупроводниковой промышленности планирование началось во время пандемии COVID-19, когда возникли значительные сбои в цепочке поставок полупроводников. Принятие Закона ЕС о микросхемах и масштабные инвестиции и субсидии для ESMC (Европейская компания по производству полупроводников, совместное предприятие с TSMC) и других цепочек поставок заложили прочную основу для самодостаточной европейской полупроводниковой экосистемы. С прошлого года продолжается ускоренное инвестирование ЕС в облачные вычисления, суверенный ИИ, цифровую инфраструктуру и зеленую энергетику.
Независимо от недавнего объявления о пошлинах, тарифная политика Трампа оказала влияние на полупроводниковую промышленность ЕС несколькими способами. Во-первых, это вызвало или способствовало снижению спроса в отрасли за пределами США. Долгое время спрос на чипы в ЕС в основном исходил от автомобильной промышленности. Китай, являясь одной из основных причин торгового дефицита США, изменил свой целевой рынок и начал демпинговать свою продукцию по всему миру. Постковидный импульс, обеспеченный государственными субсидиями в Китае, быстро привел к избыточным производственным мощностям в Срединном государстве. Хотя избыток мощностей не обязательно приводит к масштабной экономической рецессии, политика ценового демпинга является естественным решением для любой страны, ориентированной на экспорт и сталкивающейся с проблемами избыточных мощностей.
Огромный интерес к инициативам вроде создания суверенного ИИ, строительства центров обработки данных и суперкомпьютеров может смягчить опасения по поводу недостатка спроса на чипы, производимые в ЕС. Учитывая, что ESMC будет запущен на полную мощность в 2027 году, обнадеживает тот факт, что кластерный эффект, созданный дрезденским заводом по производству полупроводников, распространяется по всей Европе. Во Франции Foxconn сотрудничает с Thales и Radiall в создании передового центра упаковки и тестирования. В Германии в Мюнхене, где располагается штаб-квартира Infineon, компания TSMC планирует создать центр проектирования технологических процессов производства микросхем. В Чехии более десяти тайваньских поставщиков полупроводников впервые собрались в Усти и Брно, которые были выбраны из-за их близости к ESMC в Дрездене. Субсидии в рамках Закона ЕС о микросхемах также дают импульс для расширения GlobalFoundries и Intel в Германии, Ирландии и Польше. Тем не менее, схожие инвестиции Intel в Магдебурге в Германии и строительство сборочного и испытательного завода в Польше были отложены.
США продолжают попытки доминировать в мировой гонке микросхем. Политика президента Трампа «сделано в США или столкнуться с высокими пошлинами» смогла убедить генерального директора TSMC СиСи Вэя сделать обещание о выделении более ста миллиардов долларов (около восьмидесяти пяти миллиардов евро) на расширение завода TSMC в Аризоне. Объявление было сделано в Белом доме – TSMC направляет свои мощности на удовлетворение потребностей своих американских клиентов, а США заявляют о своем доминировании в отрасли. Крупнейшая в истории США прямая иностранная инвестиция включит в себя три завода по производству микросхем, два центра передовой упаковки и тестирования, а также один научно-исследовательский центр.
Постоянно растущий спрос со стороны частного сектора США, особенно со стороны разработчиков ИИ, наряду с политикой Трампа по возвращению производственных рабочих мест в США, может помешать усилиям ЕС, основанным на политике субсидий. После пресс-конференции в Белом доме генеральный директор TSMC СиСи Вэй заявил, что TSMC может сохранить свой статус передового и доминирующего производителя микросхем без каких-либо государственных субсидий. Вероятно, Вэй имел в виду субсидии, обещанные в рамках Закона США о микросхемах. Его заявление подразумевало, что администрация Трампа, возможно, отменила эти субсидии в рамках Закона США о микросхемах. В рамках той же недели Трамп просил Конгресс отменить этот закон.
Тарифная политика Трампа предлагает привлекательную альтернативу Китаю для поставщиков полупроводников, в то время как ЕС оказалась в большей зависимости от китайского производства в связи с этой торговой войной. Однако, если у ЕС возникнут трудности с борьбой против китайского демпинга или с предотвращением тактики PUA (определенной ниже), тарифная политика Трампа может и дальше стимулировать перемещение цепочек поставок полупроводников в США, а не в ЕС.
Феномен PUA расшифровывается как «пикапер», также известный под названием «китайский цикл» по версии экономиста Ноа Смита. Согласно PUA, международные компании размещают свои заводы в Китае, стремясь воспользоваться дешевой рабочей силой и огромными рыночными возможностями страны. Основные технологические секреты этих международных компаний в конечном итоге оказываются в руках китайских компаний, которые начинают массовое производство с меньшими затратами, чтобы вытеснить международные компании с китайского рынка. В конечном итоге китайские компании обходят международные компании на мировом рынке, и цена китайских товаров становится настолько низкой, что эти же международные компании затем разоряются. Итог – китайские производители монополизируют рынок, а Китай использует эту монопольную власть для реализации китайской политики, выходящей за рамки простой торговли. Полупроводниковая промышленность была в некоторой степени защищена от этого «цикла», поскольку тайваньское правительство с 2009 года запрещает TSMC и другим связанным с ней компаниям строить заводы по производству современных чипов в Китае.
Закон США о чипах — не единственная инициатива в полупроводниковой отрасли, которая претерпела изменения во время второго срока Трампа. Опубликованная незадолго до окончания администрации Байдена «Рамочная программа распространения искусственного интеллекта» (или просто «правила распространения ИИ»), была официально отменена. Трамп полностью отменил эти правила во время своего визита в Объединенные Арабские Эмираты (ОАЭ), предоставив ОАЭ возможность импортировать более 1 миллиона современных чипов для создания своих центров обработки данных для ИИ. СМИ сообщали, что Вашингтон даже поручил TSMC построить заводы по производству чипов в ОАЭ.
ОАЭ, как и большинство стран Европы, входят в так называемые страны второго уровня согласно правилам распространения ИИ. Правило разделило страны мира на три уровня: страны первого уровня имели неограниченный доступ, а страны второго уровня — ограниченный и нормированный доступ к передовым чипам. Поскольку правило направлено на предотвращение передачи передовых чипов в страны третьего уровня, в основном в Китай, страны третьего уровня были исключены из импорта любых чипов для ИИ. К странам второго уровня относится большинство стран мира, тогда как к первому уровню относятся 18 стран, включая близких союзников США по НАТО. Двенадцать европейских стран попали в первый уровень, но этот выбор казался случайным и слабо мотивированным.
Теперь, когда правило отменено, ЕС больше не разделен на две группы стран с точки зрения закупок чипов для ИИ. ЕС может менять свою политику в отношении ИИ исходя из потребностей рынка, не оглядываясь на мнение Вашингтона на каждом этапе создания своего суверенного ИИ. Однако европейским странам по-прежнему необходимо принимать меры, чтобы не быть восприняты как потенциальные центры перенаправления чипов в «неблагонадежные руки». В рамках политики пошлин Трампа эта «война чипов» переросла из технологической гонки в конкуренцию за ресурсы, связанные с факторами производства искусственного интеллекта, включая вычислительную мощность, данные и алгоритмы.
Трамп использует пошлины для влияния на поведение стран. Во время второго срока Трампа стало еще более очевидно, что пошлины используются как инструмент для решения проблем, выходящих далеко за рамки международной торговли. В этом смысле политика Трампа является не столько «протекционистской», сколько «проактивной». Критики утверждают, что тарифная политика Трампа вынуждает США отступать с рынка ЕС, что в свою очередь дает возможность Китаю нарастить влияние. Такая логика, скорее всего, приведет к неверным выводам в отношении этой ситуации. Сделка с ОАЭ по поставке чипов в рамках подготовки к строительству центров обработки данных продемонстрировала преимущества, которые могут получить союзники США. Эти союзники не определены в традиционном смысле.
Аналогично, политика Трампа по ограничению доступа Китая к передовым чипам отличается от подхода, основанного на полном закрытии доступа, предусмотренного предыдущими «правилами распространения ИИ». Если ОАЭ смогут подняться до уровня страны первого эшелона, то некоторые передовые чипы для ИИ можно будет продавать Китаю, если технологии, доступные Китаю, будут отставать от американских на несколько поколений.
Администрация Трампа пытается коренным образом замедлить (хотя и не полностью ограничить) развитие китайского ИИ, ужесточая доступ Китая к некоторым передовым чипам, облачным вычислениям и конфиденциальным данным США, используемым для обучения китайского ИИ. Если какая-либо страна не соблюдает американские правила экспорта полупроводников, могут быть введены пошлины для исправления этого нарушения.
Со временем США стремятся создать глобальный стандарт на основе собственной технологической базы ИИ, подобно тому как доллар США служит стандартом мировой валюты. У США есть не только передовые чипы для ИИ, поскольку теперь и пошлины используются, среди прочего, для предотвращения распространения чипов для ИИ.
Если ЕС неверно оценит ситуацию и будет сопротивляться сближению с США, существует высокий риск введения пошлин и санкций, которые могут парализовать европейскую полупроводниковую промышленность, и этот риск не может быть компенсирован сближением со странами не из круга союзников.
