Latest Posts
Skip to main content
Print Friendly, PDF & Email

Профессор Дэвид Менашри придерживается прагматичного подхода к недавно возобновившимся ядерным переговорам в Вене, направленным на возвращение Ирана и США к соблюдению иранской ядерной сделки или СВПД. Вести переговоры — значит сесть за стол и начать разговор. Даже если ни одна из сторон не добьется своего, компромисс все еще возможен. Он цитирует слова покойного премьер-министра Израиля Ицхака Рабина: «Мир не заключается с друзьями. Мир заключается с врагами».


Автор Диана Маутнер Маркхоф Дата: 15 Декабря 2021

Член Консультативного совета iGlobenews Давид Менашри, почетный профессор Тель-Авивского университета и директор-основатель Центра иранских исследований «Альянс» в Израиле, дал iGlobenews эксклюзивное интервью. Профессор Менашри является всемирно известным ученым и пользуется большим уважением не только в Израиле, но и в Иране. Его книга «Образование и становление современного Ирана» была переведена и опубликована в Тегеране летом 2020 года в сотрудничестве с Высшим советом высшего образования Ирана. Она получила высокую оценку как одна из лучших книг, написанных об иранской системе образования. Сейчас он работает над завершением своей новой книги «Иран, Соединенные Штаты и Ближний Восток». Будучи членом Международного совета Пагуошской конференции по науке и мировым делам и председателем Израильского Пагуошского форума, он проявляет большой интерес к вопросам нераспространения ядерного оружия.

Накануне Исламской революции в конце 1970-х годов Менашри, свободно владеющий фарси, провел два года в Тегеранском университете, проводя научные и полевые исследования. Он обладает глубокими знаниями иранской культуры, истории, политики, религии и цивилизации. Хотя он весьма критически относится к руководству Ирана, он очень уважает иранскую культуру и иранский народ. «Я говорю от имени Израиля — еврейского государства. Евреи в долгу перед Киром Великим за то, что он дал свободу евреям, чтобы они пришли и восстановили Храм. Я не вижу причин, почему Израиль и Иран должны воевать друг с другом».

Иранская ядерная сделка — это «очень важный вопрос, стоящий перед человечеством, перед миром». Профессор Менашри придерживается прагматичного подхода к недавно возобновившимся ядерным переговорам в Вене, направленным на возвращение Ирана и США к соблюдению так называемой иранской ядерной сделки или СВПД (Совместный всеобъемлющий план действий). «Эта … сделка — хороший шанс для Ирана избавить [свой народ] от … страданий. Права человека в Иране, разрыв между богатыми и бедными, экологические проблемы, нехватка воды – одни из немногих проблем Ирана. Пусть Иран отложит ядерный вопрос и начнет решать реальные проблемы своего народа». Вести переговоры — значит сесть за стол и начать разговор. Хотя Иран был безупречен в отношении вывода войск США в 2018 году, вопрос остается актуальным. Обе стороны должны уступать и соглашаться. «Никто не добьется всего, но, надеюсь, они придут к компромиссу».

Профессор Менашри рассматривает текущую политическую ситуацию в Иране в исторической перспективе. С избранием в июне 2021 года бескомпромиссного президента Эбрахима Раиси впервые за 42 года существования Исламской Республики Иран возникла новая ситуация: помимо Верховного лидера Ирана Сайида Али Хаменеи, который хочет оставить свое будущее наследие для Ирана, все главы трех ветвей власти — исполнительной, законодательной и судебной — в настоящее время возглавляются радикальными консерваторами. В прошлом власть исполнительной власти и парламента была разделена или чередовалась между «прагматичными реалистами» и «догматичными экстремистами». Менашри считает, что для переговоров в Вене необходим более прагматичный подход: «нельзя кормить людей лозунгами… революционное терпение не может [купить хлеб в] супермаркете и [накормить своих] детей».

Хотя Россия и Китай поддерживают Иран, было бы неразумно рассчитывать на этот «союз», если более важные интересы этих двух держав, такие как их отношения с США или их собственные экономические или геополитические цели, находятся в конфликте с их отношениями с Ираном. По словам профессора Менашри: «В [момент] истины, когда Китаю [придется] выбирать между США и Ираном, они могут оказаться на стороне Америки. То же самое, на мой взгляд, относится и к русским, если их интересы столкнутся с интересами Ирана». Он утверждает, что Ирану не следует проводить красные линии и быть более прагматичным: «Здесь нужно определить достижимые цели и пойти на компромисс». В 2015 году Верховный лидер Ирана поставил интересы своего народа на первое место и принял решение начать переговоры, которые в конечном итоге привели к заключению СВПД. Верховный лидер назвал это «героической гибкостью» — прийти и договориться с врагом.

И снова профессор Менашри приводит соответствующие прецеденты из истории. После ирано-иракской войны верховный лидер Рухолла Хомейни столкнулся с аналогичной дилеммой. Восемь лет жестокой войны с почти миллионом убитых и раненых с обеих сторон убедили Хомейни сделать то, что реально должно было быть сделано: прекратить войну. Как заявил Хомейни: «Для меня было бы слаще выпить яд, чем подписать соглашение с Саддамом Хусейном, но у нас нет выбора». Менашри напоминает нам, что Иран в прошлом был готов отойти от идеологии ради сохранения жизненных интересов иранского народа. Слова и действия Хомейни по-прежнему актуальны в сегодняшних условиях, когда иранские переговорщики в Вене и государственные руководители должны принимать столь важные решения.

Профессор Менашри упоминает и другие важные примеры лидеров, которые последовательно делали один и тот же выбор: мир вместо войны. Покойный премьер-министр Израиля Ицхак Рабин сделал подобное заявление: «Мир не заключается с друзьями. Мир заключается с врагами». В 1977 году Мухаммед Анвар ас-Садат, президент Египта, «враг номер один для Израиля», решил, что мир будет отвечать его интересам лучше, чем война. Его пригласили приехать в израильский парламент, где он приехал и выступил перед народом Израиля. Это привело к заключению Кэмп-Дэвидских соглашений с участием Египта и Израиля в сентябре 1978 года.

Искренний призыв профессора Менашри к Ирану следует принять близко к сердцу: он умоляет вернуться к СВПД и надеется, что лидеры Ирана осознают преимущества, которые эта сделка может принести будущим поколениям. «Люди должны научиться жить друг с другом. Я не думаю, что на Западе есть ненависть к иранцам. Западная культура высоко ценит иранский народ. Иран — это великая цивилизация». Менашри также призывает США не настаивать на необоснованных позициях. Европа должна играть центральную роль, а новое правительство Израиля должно согласиться на сделку при условии, что режим с такой экстремистской политикой не будет обладать ядерным оружием.

Профессор Менашри посвятил свою жизнь изучению Ирана и пониманию его народа. Что касается СВПД, каждая сторона должна спросить себя: «Каков наилучший способ отбросить эту вражду и найти пути наведения мостов между различными обществами?». Он обращается с мольбой к народу Ирана, который проводит демонстрации против сильной засухи и отключения электричества. Некоторые демонстранты несут таблички с надписями: «Почему меня должен волновать Ливан или Ирак: моя жизнь посвящена Ирану». В эти дни профессору Менашри не дает покоя статья, написанная 20 лет назад неизвестным иранским студентом в ответ на статью священнослужителя. Студент писал: «Проблема не в том, что мы, молодые, пересекаем неопознанные красные линии, проблема в том, что вы, клерикалы у власти, едете против движения».


Фото: Профессор Дэвид Менашри ©
Cookie Consent with Real Cookie Banner